гелиевая звезда

Представьте трёх свидетелей, которые видели одно событие. Двое рассказывают одинаково, третий — иначе. Кому верить? Именно такая ситуация сложилась в астрономии при измерении углерода в звезде J0815+4729, древнейшем объекте с рекордно низким содержанием железа (углерод — один из ключевых элементов, по которому судят о первых звёздах).

Два волчка кружатся так близко, что почти касаются друг друга. Один — раскалённый голубой, другой — тусклый белый. Вместе они делают полный оборот за двадцать часов. Это пара Фейге 64: голубая звезда массой всего треть Солнца и белый карлик — остывшее ядро бывшей звезды — в полтора раза тяжелее нашего светила. Голубая звезда кажется слишком горячей для своей массы.

Каждое утро дворник сметает листья в одну кучу. Солнце, пролетая сквозь галактику, делает нечто похожее: его гравитация собирает рассеянный межзвёздный газ в невидимый конус — гигантскую гравитационную воронку, фокусирующую вещество.

Вокруг молодых звёзд вращаются плоские газопылевые облака — протопланетные диски, колыбели будущих планетных систем. В некоторых из них центральная область зияет пустотой: газ и пыль выметены, словно кто-то проредил середину виниловой пластинки. Такие диски с внутренними полостями астрономы называют переходными.

В 1900 парсеках от нас, в созвездии Лисички, пульсирует звезда V420 Vul — переменная типа Миры. Такие звёзды, доживая свой век, раздуваются и сбрасывают внешние слои. Но вокруг V420 Vul астрономы увидели не просто сброшенную оболочку, а нечто более хитрое.

1799 километров в секунду — с такой скоростью звезда S5-HVS1 навсегда покидает Галактику. 4.8 миллиона лет назад она была выброшена из центра Млечного Пути при тесном сближении со сверхмассивной чёрной дырой Sgr A*. Такое событие оставляет два ископаемых следа: гиперскоростную звезду-беглянку и её компаньона, захваченного на вытянутую орбиту. Второй след, возможно, найден.

В 2024 году команда Дэвида Шарбонно направила телескоп Magellan со спектрографом WINERED на LHS 1140. В момент транзита спектроскопия высокого разрешения поймала линию поглощения метастабильного гелия на 10833 Å.

В центре внимания — крошечные звёздные города: ультратусклые карликовые галактики. Они похожи на разреженные рои светлячков, которые кружатся в обширном невидимом облаке. Это облако — гало из сверхлёгкой тёмной материи. Её частицы так легки, что ведут себя не как бильярдные шары, а как волны.

Мир, где год длится всего полтора земных дня, а звезда на небе в сотни раз больше нашего Солнца. Это KELT-9 b — газовый гигант, разогретый до температур, при которых железо испаряется. Его атмосфера не просто нагрета, она буквально кипит и улетает в космос, словно пар над гигантским котлом.

Планета размером с Нептун, но раскалённая добела. Под облаками — океан магмы, способный впитать целую атмосферу водорода. Новая модель SEAMIST впервые проследила, как такое растворение меняет судьбу планеты от рождения до старости. Главный сюрприз — механизм катастрофического выкипания.

Первого апреля 2026 года спутники зафиксировали яркий болид, расцветший в небе над Южной Атлантикой. Спутники фотометрического слежения заметили вторжение и гибель объекта на высоте 90,5 км. Обычный астероид? Нет. Астрономы пересчитали вектор скорости в гелиоцентрическую систему — и ахнули: 51,73 км/с. Это на 9,59 км/с выше скорости убегания от Солнца.

Археолог держит в руках не глиняный черепок, а настоящую звезду — живой слепок той эпохи, когда Вселенная только училась производить что-то тяжелее лития. Именно такую находку описывают астрономы в новом исследовании. Они отыскали четыре тусклые звезды, настолько древние и чистые по составу, что их вещество почти не разбавлено «космической пылью» более поздних поколений.

В густонаселённом центре галактики две звезды кружатся так близко, что одна сдирает с другой внешние слои — как ветер сдувает верхнюю одежду. Остаётся горячее гелиевое ядро, звезда без водородной оболочки. Лёгкие и очень массивные звёзды такого типа астрономам хорошо знакомы: первые называют горячими субкарликами, вторые — звёздами Вольфа-Райе.

Сверхновая — это финальный взрыв массивной звезды, разбрасывающий вещество на световые годы вокруг. Внутри расширяющейся оболочки остаётся нейтронная звезда, а сама оболочка ещё тысячи лет несётся сквозь межзвёздный газ.

Рукав звёздной реки огибает центр далёкой галактики, словно светящаяся лента на невидимой оправе. Эта оправа — тёмное гало: огромное облако невидимой тёмной материи, которое своим притяжением удерживает звёзды и газ. Если гало сплюснуто, как тыква, или вытянуто, как дыня, звёздный поток будет изгибаться по-разному.

Спичка вспыхивает с двух концов. Сначала загорается головка, а через мгновение пламя охватывает и саму деревянную палочку. Нечто подобное, возможно, происходит в некоторых сверхновых типа Ia — только вместо спички белый карлик (звезда размером с Землю), а вместо огня — термоядерный взрыв.

Гало нашей Галактики — это огромное разреженное облако из старых звёзд, окутывающее знакомый нам диск. Оно хранит историю о том, как Млечный Путь рос, поглощая соседние карликовые галактики.

Пульсар — это мёртвая звезда, которая крутится с бешеной скоростью и шлёт радиоимпульсы, как маяк. Но у PSR J1928+1815 сигнал иногда гаснет на 3,6 часа. Что-то заслоняет маяк. Рядом с пульсаром кружит звезда-компаньон, и её тень падает на нас. Долго считали, что компаньон — голая гелиевая звезда: ядро бывшей звезды, с которого сдуло внешние слои.

Древние звёзды, почти лишённые тяжёлых элементов — так называемые малометалличные объекты — словно ископаемые останки первых космических вспышек.

Вода — не единственное, что нужно для жизни. Чтобы из простых молекул собрались первые цепочки, похожие на РНК, нужен ультрафиолет — как солнечный свет, который помогает растениям, только жёстче и короче по волне. У больших звёзд вроде Солнца такого света достаточно. А у маленьких, тусклых звёзд его почти нет: они светят в основном красным и инфракрасным, как тлеющий уголёк.

На окраине галактики M83, которую ещё называют Южной Вертушкой, висит в пустоте река из старых звёзд. Она растянулась на 81 килопарсек — это примерно 264 тысячи световых лет, в два с половиной раза больше диаметра нашего Млечного Пути.

Задолго до того, как в газовом облаке вспыхнет звезда, там уже кипит химическая жизнь. В холодных и плотных сгустках газа — их называют беззвёздными ядрами — атомы слипаются в молекулы, простые и посложнее. Чтобы разглядеть эту невидимую кухню, астрономы навели сорокаметровый радиотелескоп в Йебесе на 23 таких облака в туманности Ориона.

В глубинах Галактики иногда рождаются звёзды-беглянки. Их выбрасывает из привычного места чудовищная сила — взрыв сверхновой. Одна из таких странниц найдена недавно: звезда из класса LP 40-365, осколок белого карлика, пережившего неполный взрыв.

Планета, прижавшаяся к своей звезде, похожа на кусок льда, забытый на раскалённой сковороде. Лёд тает и испаряется, только вместо воды — водород и гелий, из которых состоит верхний слой планеты. Иногда испарение такое сильное, что газ не просто улетает в космос, а оборачивается вокруг звезды и образует кольцо, похожее на надувной круг.

Когда у звезды вроде Солнца заканчивается водород, она раздувается в красного гиганта, а в её ядре копится гелий. В какой-то момент гелий вспыхивает — за несколько секунд выделяется столько же энергии, сколько звезда излучала за тысячи лет. Это и есть гелиевая вспышка.

В радиоданных неба, как на старой фотоплёнке, проявились две светлые полосы газа. Они движутся с разными скоростями, но висят рядом с одной и той же тусклой звездой. Звезда и полосы оказались внутри огромного пустого пузыря в межзвёздном газе. Этот пузырь — как выдутый мыльный шар, оставшийся после взрыва древней сверхновой.

Город, где фонари горят, но их свет не рассеивается туманом, а уходит в небо почти целиком. Так выглядит галактика U37126, которую астрономы разглядели в ранней Вселенной с помощью космического телескопа Джеймса Уэбба. Свет от неё шёл до нас более 13 миллиардов лет. В обычных галактиках вокруг молодых горячих звёзд много газа.

В звёздных яслях массивные светила рождаются не поодиночке, а парами. Две звезды кружатся вокруг общего центра, и та, что потяжелее, первой раздувается и начинает сбрасывать внешние слои. Часть этого вещества не улетает в космос, а перетекает на соседку — как вода из переполненной чаши в подставленную. В результате звезда-получатель обогащается гелием, который накопился в недрах донора.

Обычный уголь, оставленный под палящим солнцем, просто нагревается. Но если перенести его в космос и поднести к Солнцу на расстояние в двадцать раз меньше, чем от Земли, он не выдержит и нескольких минут. Примерно так ведут себя тёмные астероиды, богатые углеродом. Их почти не находят на орбитах, которые ныряют глубоко внутрь орбиты Меркурия.

Ночное небо кажется полным звёзд, но между ними прячутся облака газа, где не зажглось ни одной звезды. Такие объекты называют тёмными галактиками: газа в них достаточно, но он слишком разрежен и холоден, чтобы сжаться в светила. Астрономы прогнали на суперкомпьютерах несколько вариантов рождения нашей Местной группы — семьи галактик, куда входит Млечный Путь.

Экзопланета WASP-121b обращается настолько близко к своей звезде, что экстремальный жар заставляет её газовую оболочку испаряться и истекать в пространство, подобно хвостам кометы.

23 ноября 2023 года детекторы LIGO, Virgo и KAGRA поймали гравитационную волну от слияния двух чёрных дыр массами 137 и 103 массы Солнца. Обе попали в щель парной нестабильности — диапазон от 69 до 139 солнечных масс, где обычная эволюция звёзд не оставляет после себя ничего, кроме разлетающегося газа.